Особенности развития крупного бизнеса в россии

Размещено на http://www.

Содержание

Введение

1. Становление крупного бизнеса в России

1.1 Проблемы развития крупного бизнеса в России

1.2 Роль крупного бизнеса в России

2. Российский крупный бизнес сегодня

2.1 Специфика крупного предпринимательства

2.2 Эффективные модели организации и управления крупным бизнесом

3. Российский крупный бизнес на примере омских предприятий

3.1 Характеристика крупного бизнеса в Омской области

3.2 Сравнительный анализ крупных предприятий «Полет» и «Омский бекон»

Заключение

Список литературы

Введение

Проблематика крупного отечественного бизнеса, его формирования и места в экономике страны вызывает большой общественный интерес. Некоторые ее аспекты — финансово-промышленные группы и модернизация, роль крупных банков, проблемы корпоративного управления и построения, «олигархические» связи бизнеса и власти — достаточно подробно исследуются российскими и зарубежными специалистами.

Цель написания данной курсовой работы — раскрыть сущность и отразить проблемы современного российского крупного бизнеса, провести сравнительный анализ двух крупных предприятий Омской области.

Критерий отнесения той или иной структуры к крупному бизнесу — ее способность оказывать существенное влияние на экономическое пространство вокруг себя, т.е. изменять экономические институты в сфере ее деятельности. Это может быть либо пространство всей национальной экономики, либо сектора, либо отдельной отрасли. В России такое влияние способны оказывать субъекты бизнеса с объемом продаж в промышленности, строительстве, связи или сельском хозяйстве не менее 500 млн. долл. в год.

По данным на весну 2006 г. в России насчитывалось не менее 50 структур, относящихся к крупному бизнесу. В их число входят не только представители сырьевых отраслей, но и работающие в обрабатывающем секторе. Так, в пищевой промышленности, как минимум, четыре компании имеют годовой оборот, превышающий 500 млн. долл. Это «Кондитерский холдинг «Эрнеста» (возник в 2003 г.), мясоперерабатывающий комбинат «Черкизовский» со своими сателлитами, «Вимм-Билль-Данн» и «Группа Планета».

1. Становление крупного бизнеса в России

1.1 Проблемы развития крупного бизнеса в России

Понятие «крупный бизнес» традиционно для экономического анализа, однако никаких общепринятых критериев его выделения не существует. Обычно неявно принимается, что крупный бизнес — это то, что не вполне вписывается в стандартные рыночные рамки, то есть уже не совсем бизнес. Поэтому в качестве содержательного критерия отнесения той или иной структуры к крупному бизнесу экономисты-аналитики выбирают ее способность изменять экономические институты в сфере своей деятельности. Такая способность может определяться как масштабами деятельности структуры, так и иными факторами, например, особенностями технологической специализации или рыночного позиционирования [10 — страница 36].

Наиболее адекватным количественным показателем в нынешних российских условиях выступает объем реализации товаров и услуг (оборот). В качестве порогового значения для отнесения того или иного субъекта к крупного бизнесу в реальном секторе для 2006-2007 гг. служил оборот $500 млн. в год, а в нефтегазовом комплексе — $1 млрд. в год [9 — страница 135].

Основные этапы истории российского крупного бизнеса.

В 10-летней истории российского бизнеса экономисты-аналитики выделяют четыре основных этапа:

— предыстория (1992—первая половина 1995 гг.);

— становление (вторая половина 1995-1997 гг.);

— кризисная и пост кризисная динамика (1998-1999 гг.);

— испытание подъемом (2000-2001 гг.).

Предыстория. В этот период российский крупный бизнес был представлен торгово-финансовыми конгломератами, сформировавшимися вокруг ряда бирж, банков, а также бывших советских внешнеторговых объединений. Причем к концу периода биржевые конгломераты исчезли почти без следа, а банковские и внешнеторговые — в основном интегрировались и значительно увеличили свою экономическую мощь. К 1995 г. появились банковско-торговые объединения (такие как Альфа-банк — Альфа-Эко, Банк Столичный — ЛогоВАЗ, ОНЭКСИМбанк — внешне-торговая ассоциация «Интеррос»), масштабы деятельности которых делали их субъектами макроуровня.

В этот же период происходило формирование государством компаний в топливно-энергетическом комплексе и приватизация (главным образом ваучерная) основной части обрабатывающей промышленности. Однако ни указанные компании, ни отдельные промышленные предприятия, даже наиболее значимые и адаптировавшиеся к новым экономическим условиям, в подавляющем большинстве случаев еще не могли быть отнесены к крупному бизнесу, поскольку и по форме (принадлежность контрольного пакета), и по способам работы оставались государственными.

Становление. Именно в эти два с половиной года, во-первых, закрепились основные формы существования российского крупного бизнеса. Во-вторых, возникли или стали действительно рыночными агентами большинство интегрированных бизнес-групп и компаний, занимающих ведущие позиции до настоящего времени. В-третьих, сформировались принципы и приоритеты, обеспечивающие их успешное функционирование, основными из которых являются следующие:

— Финансово-промышленная интеграция. Для интегрированной бизнес-группы — это присутствие в ее составе предприятий как реального, так и финансового сектора. Для компаний — наличие постоянных дружественных структур из другого сектора, причем сопоставимых по масштабу.

— Нераздельность собственности и управления. Одна и та же группа физических лиц является одновременно и топ-менеджерами интегрированной бизнес-группы или компании, и прямо или косвенно ее крупнейшими акционерами (или крупнейшими акционерами входящих в нее предприятий). Причем эта группа достаточно стабильна во времени.

— Динамичность и ситуативность формальной структуры собственности и управления, которая не имеет самостоятельного значения (Этот принцип не действует для компаний, руководство которых стремится к росту капитализации, а их число в последние годы растет.).

— Бережное отношение к кадрам. Высший менеджмент покупаемого предприятия или компании, если он лояльно воспринимает нового собственника, не смещается, а сдвигается на вторые, но не номинальные роли, и сосуществование с ним длится довольно долго.

Для интегрированной бизнес-группы действует также принцип диверсификации в реальном секторе. Большая часть ведущих групп стремится к формированию трехзвенной структуры, т. е. к включению в свой состав экспортеров сырья, производителей товаров для внутреннего индивидуального потребителя, а также предприятий из высокотехнологичных отраслей (военно-промышленный комплекс, информатика, связь). Для компаний, напротив, важнейшим принципом является концентрация на базовых для них товарных рынках и стремление к максимизации своей доли на них при весьма невысокой приоритетности показателей текущей экономической эффективности.

Событийно началом второго периода можно считать появление идеи залоговых аукционов, реализация которой в конце 1995 — начале 1996 гг. привела к установлению несколькими крупнейшими банками контроля над рядом ведущих предприятий и компаний сырьевого сектора, относившихся в тот момент к числу наиболее эффективных и перспективных. Власть над их финансовыми потоками дала средства для приобретения активов в других отраслях промышленности, и таким образом в 1996 г. стали формироваться диверсифицированные финансово-промышленные интегрированные бизнес-группы, значимые на народнохозяйственном уровне.

Формально залоговые аукционы были конкурсным механизмом получения правительством кредитов от частных банков под залог контрольных пакетов акций промышленных предприятий для ликвидации дефицита федерального бюджета. Однако механизм и последствия их проведения дают основания считать, что реальные цели государства были другие — формирование прочных альянсов между банками и промышленностью, появление у крупнейших предприятий отечественных стратегических собственников, обеспечение политического союза федеральной власти и бизнеса. И они были достигнуты почти полностью. Во-первых, к концу 1997 г. реальный сектор экономики в основном адаптировался к рынку (конечно же в его специфическом российском варианте) и при этом основные его производственные единицы были сохранены. Во-вторых, доля иностранных собственников оказалась крайне незначительной. В-третьих, поддержка ведущих предпринимателей сыграла ключевую роль в переизбрании Б. Ельцина на второй срок и, следовательно, в сохранении сложившейся после 1991 г. политической системы. Именно в результате залоговых аукционов в постсоветской России впервые появился «настоящий» устойчивый крупный бизнес. И роль демиурга при этом сыграл не рынок, а федеральная власть, получившая в результате мощного союзника, на поддержку которого до конца 90-х годов ей постоянно приходилось опираться, одновременно сдерживая его амбиции («Газпром» и «Лукойл» с их финансовым окружением к середине 1995 г. уже существовали. Но два гиганта — это еще не экономический институт.).

В 1997 г. практика залоговых аукционов была фактически продолжена в процессе приватизации телекоммуникационного холдинга «Связьинвест», а также Восточной и Тюменской нефтяных компаний. Единственное отличие — сумма, которую потребовало государство с заранее назначенного победителя конкурсов по продаже блокирующего пакета акций первой компании и контрольных — второй и третьей соответствовала их тогдашней рыночной оценке. Широко распространено мнение, что 1996-1997 гг. — это период, когда основная (или, по крайней мере, самая ценная и эффективная) часть российской промышленности оказалась под властью крупных банков, которые подчинили ее своим узкокорыстным целям, лишив возможностей развития. И лишь с осени 1998 г. ситуация изменилась. Однако, это явное заблуждение. Дело в том, что крупные промышленные предприятия и компании, приватизированные в 1995-1997 гг., как правило, сразу становились центральными элементами формировавшихся в результате их покупки ИБГ. И потому логика функционирования и потребности, например РАО «Норильский никель» или «ЮКОСа», начинали задавать смысл деятельности ОНЭКСИМбанка и «Менатепа» соответственно, а не наоборот. Банки же в возникших ИБГ играли роль, во-первых, инфраструктуры, а во-вторых, «машин» для извлечения быстрых доходов, и в первую очередь за счет «игры» с государством с использованием остатков на счетах своих промышленных партнеров. Причины этого очевидны. Во-первых, купленные промышленные предприятия и компании и по масштабам деятельности, и по потенциальной доходности, и как ресурс влияния на экономические и другие процессы в стране многократно превосходили купившие их банки. Во-вторых, строго говоря, покупателями были не сами банки, а их хозяева и высшие менеджеры (естественно, на банковские деньги и через специально созданную сложную систему фирм-посредников). Эти люди, к 1996 г. уже ориентированные на длительное присутствие в российской экономике, прекрасно понимали, насколько их новые приобретения ценнее всего, чем они владели ранее.

Кризисная и посткризисная динамика. Для российского крупного бизнеса кризис начался не в августе и даже не летом 1998 г., а с первых его месяцев. Его макроэкономические причины — начавшееся с весны резкое падение мировых цен на нефть, а также эхо азиатского кризиса — общеизвестны. Однако не меньшую роль сыграли и специфические причины микро- и мезоуровня, наиболее важными из которых являются:

— Ограниченность управленческого ресурса многих ИБГ. Их центральные элементы оказались не в состоянии ни отслеживать действия старого менеджмента купленных предприятий, ни быстро его сменить. А новые назначения часто оказывались неадекватными в силу дефицита кадров.

— Участившиеся конфликты ведущих ИБГ и компаний с властью, особенно на уровне субъектов Федерации. Резко усилившиеся к этому времени региональные элиты пытались противостоять экспансии «московского» бизнеса и даже изгнать недружественные ИБГ из своих регионов. Кроме того, федеральные власти, недовольные проявившимися к началу 1998 г. политическими претензиями крупного бизнеса, пожалуй, впервые перешли в ряде случаев к тактике его жесткого сдерживания.

В первой половине 1998 г. основным проявлением кризиса была потеря многими ИБГ и компаниями федерального уровня контроля над рядом своих крупных промышленных предприятий. Так, Инкомбанк был вынужден продать контрольный пакет акций «Самеко», ОНЭКСИМбанк — Балтийского завода, «Российский кредит» — Лебединского ГОК. А с предприятий, где под контролем «москвичей» осуществлялась процедура банкротства, удалялись лояльные им внешние управляющие. Например, «Альфа» таким образом была вытеснена с Западно-Сибирского металлургического комбината и Ачинского глиноземного комбината.

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.